Объявление форума
Вы зашли на Форум как ГОСТЬ. (Будут ограничения!!!)

Карьерюга

Ответить
Аватара пользователя
valvic
Основатель форума
Сообщения: 246
Зарегистрирован: 07 авг 2017, 08:44

Карьерюга

Сообщение valvic » 12 ноя 2017, 09:25

Владимир ЮРИНОВ
КАРЬЕРЮГА
...Напомню, что во времена развитого социализма, когда «на проблемы смотрели ширше, а к людя;м относились мягше», уволить офицера из рядов Вооружённых сил по причине пьянства было делом почти невозможным. С такими офицерами цацкалось начальство, с ними нянчилась партийная или комсомольская организация, их брали на поруки, их судили товарищеским и офицерским судом, их «продёргивали» в стенной печати, их клеймили позором, их всячески воспитывали и перевоспитывали, но увольняли редко, я бы даже сказал – исчезающе редко.
Скрытый текст
Для просмотра скрытого текста необходимо быть авторизованным пользователем.

...Осенью 1986-го – одной из первых, ещё робких, ошалело-перепуганных «ласточек» Перестройки – залетела к нам в Орловку идея проведения Инспекторского опроса: процедуры, предусмотренной Уставом внутренней службы, но никогда в Орловском гарнизоне до этого не проводившейся по причине... Да по причине того, что – Орловка! Приурочить Инспекторский опрос решили к общегарнизонному строевому смотру, традиционно проводимому в первый день нового учебного года, то есть Первого декабря. В армии у нас ведь всё – через... тыльную сторону ствола, и новый год начинается не как у всех нормальных людей, а именно и только Первого декабря!
=====
...Вначале долго искали и никак не могли найти барабан. А когда, уже было отчаявшись, всё же нашли и привезли его чуть ли не из Владивостока, то ещё дольше – по вечерам, по окончании основного рабочего дня, на взлётно-посадочной полосе аэродрома, на этом импровизированном авиационном плацу, размерам которого вечно желчно завидуют пехотные генералы, – под бой этого самого, нечаянно обретённого барабана раз за разом репетировали развод личного состава «к инспекторскому опросу»: из колонны подразделений – в общий строй, в несколько шеренг по одному, по категориям.
...– Смирна-а-а!!! – зычно командовал командир полка, и строй напряжённо замирал. – Напра!!.. ВА!!! – «Бам-Бум!» – ударял барабан, и все десять батальонных «коробок» со сдвоенным шорохом поворачивались направо. – К инспекторскому опросу!!.. В шеренгу по одному!!.. По категориям!!.. – напрягая жилы на шее, продолжал надрываться командир. – Дистанция между шеренгами – десять шагов!!.. Шагом!!.. АРШ!!!..
... «Бум!-Бум!-Бум!-Бум!..» – начинал ритмично бить барабан, и вся, плотно спрессованная, исходящая морозным паром дыхания, человеческая масса приходила в движение: «коробки» подразделений начинали ритмично топтаться на месте, а из них, как будто выдёргиваемые за невидимые ниточки, выскакивали отдельные военнослужащие и, в такт барабану отбивая шаг по бетону, сходились, смыкались по мере удаления от общего строя в свой отдельный одношереножный развёрнутый строй: первая шеренга – заместители командиров частей; вторая – командиры подразделений и начальники служб; третья – остальные старшие офицеры; четвёртая – самая многочисленная – младшие офицеры...
...Вот с этой-то четвёртой шеренгой и возникала всё время заминка. Младших офицеров было много, слишком много. Чтобы уместиться в шеренгу по одному, им надо было расходиться далеко в стороны по бетонке, сделать это быстро и чётко не получалось, офицеры наступали друг другу на пятки, сбивали шаг, возникала суета, толкотня – в общем, получалось бестолково и, в целом, неэстетично.
...– Первая! Что вы там все топчетесь, как медведь перед сраньём?!.. – лужёным, казалось не боящимся никаких морозов, голосом комментировал очередную неудачную попытку перестроения командир. – Шире шаг!.. Батальон! А вы там что, в штаны все поналожили для сугреву?! Кто там раскорячился, как корова перед случкой?! В ногу!! В ногу, вашу мать!! Барабан слушайте, раззявы!!.. ОБС!("отдельный батальон связи") Куда вы, бля, напираете?! Осади! Осади, говорю!!.. ТЭЧ!(технико-эксплуатацимонная часть") Дистанцию держать!! Диста... Стоп!!!.. Сначала! Всем на исходную!..
...В конце концов, после многодневных титанических усилий, всё было более или менее отрепетировано.
...Первого декабря мы были построены на ВПП за добрый час до прилёта инспекторской комиссии. А так просто. В качестве, так сказать, «ефрейторского зазора». В шинельках, в тесных хромовых сапогах, в шапках с поднятыми «ушами», в тонких шерстяных перчатках, на продуваемой всеми ветрами, прокалённой тридцатиградусным морозом бетонке мы за этот час превратились во что-то среднее между ледяными статуями и полуобмороженными пингвинами.
Скрытый текст
Для просмотра скрытого текста необходимо быть авторизованным пользователем.

...Вначале был проведён обычный строевой смотр: с проверкой формы одежды, с индивидуальной и групповой строевой подготовкой, с прохождением подразделений торжественным маршем и с прохождением подразделений с песней. Ну, а потом...
...– К инспекторскому опросу!!.. По категориям!!.. Дистанция!!.. Шагом!!.. АРШ!!..
«Бум!-Бум!-Бум!..»
...Репетиции не прошли даром. Несмотря на всеобщую замороженность и, как следствие, телесную одеревенелость и мозговую заторможенность, развод по категориям прошёл на загляденье. Генерал Моисеев одобрительно покивал командиру полка и двинулся вдоль постукивающего зубами строя.
...Процедура инспекторского опроса выглядела следующим образом. Генерал останавливался напротив очередного военнослужащего и впивался в него взглядом. Офицер, с трудом изобразив из своего задубевше-заиндивевшего тела более или менее приемлемую строевую стойку, представлялся. «Жалобы, заявления, вопросы по прохождению службы есть?» – интересовался генерал. «Никак нет!» – бодро каркал свежезамороженный военнослужащий, и удовлетворённая комиссия следовала дальше.
...Изредка жалобы или вопросы всё же возникали, и тогда генерал, внимательно выслушав офицера, кивал одному из своих заместителей и тот, выхватывая на ходу блокнот, спешил к жалобщику, дабы зафиксировать его претензии в письменном виде. Процесс получался долгим, изматывающе долгим, и мы, лишь слегка оттаявшие за время хождения строем и с песней, вновь начали окостеневать на ледяном, пронизывающем аэродромном ветру. Генеральская свита к этому времени уже тоже изрядно подрастеряла свой столичный лоск: она притоптывала лакированными ботиночками об бетон, усиленно тёрла свёртывающиеся от мороза в трубочку уши и украдкой прятала опрометчиво оставленные без перчаток руки в карманы шинелей.
...Вот, закончилась шеренга старших офицеров. Комиссия двинулась вдоль, казалось, бесконечной шеренги капитанов, старших лейтенантов и лейтенантов. Слава богу, что хоть жалобщиков в этой шеренге практически не находилось.
... «Старший лётчик старший лейтенант Грошев... Жалоб нет»... «Офицер боевого управления лейтенант Погонцев... Никак нет!»... «Начальник ТЭЧ звена капитан Чубакин... Никак нет, товарищ генерал-лейтенант!»... «Техник самолёта лейтенант Большаков». И вот тут возникла заминка.
...Начальник штаба крупнейшего в стране военного округа, блестящий сорокасемилетний двухзвёздный генерал с огромным изумлением уставился на только что представившегося ему офицера. И так не отличавшийся особой моложавостью, а тут ещё к тому же с утра не опохмелившийся, «заслуженный» орловский лейтенант после двухчасового промораживания на декабрьской выстывшей бетонке смотрелся, как минимум, семидесятилетним аксакалом.
...Опытный взгляд генерала, умудрённого годами службы и двумя с отличием оконченными академиями, как открытую книгу, читал представшее пред ним инспектируемое полуанабиозное тело: «убитую» до состояния блина офицерскую шапку-«пидорку»; сизый, с прожилками, «алкогольный» нос на сморщенном, цвета подгнившей свёклы, плохо выбритом лице; заношенную до неприличия, повытертую до рыжин, повседневную шинель; мятые покоробленные погоны с вопиющими дырками на месте «улетевших» звёздочек.
...– Ну, ты, блин... карьерюга! – оценил генерал увиденное и, не задав больше ни единого вопроса, со всей своей многочисленной свитой проследовал дальше...
=====
...Так вот, с этим «моисеевским крестником», с этой «карьерюгой» мы в дальнейшем ещё изрядно намучились. За те шесть лет, что я провёл в Орловке, этот персонаж два раза получал старшего лейтенанта и оба раза расставался с третьей звездой, прошёл все мыслимые и немыслимые этапы коллективного воспитания, начиная с товарищеского суда и заканчивая вульгарным мордобоем, женился (мать моя женщина, вы бы видели – на ком!), развёлся, имел неудачную попытку суицида и наконец, в 90-м году, был-таки уволен... по выслуге лет.
...Последние года полтора до увольнения этот «ахтунг» вообще появлялся на службе исключительно в день выдачи зарплаты и, получив оную, сейчас же убывал в Белогорск или в Свободный – поближе к тамошним ресторанам, где и спускал полученные денежки за несколько дней.
... Куда он девался потом, никто толком не знал, но все совершенно точно знали, что в следующий раз «моисеевского крестника», «четырежды лейтенанта» Большакова можно будет увидеть ровно через месяц – возле окошечка кассы в день выдачи получки. ...
===========
Из цикла "На картах не значится"
http://www.proza.ru/2013/09/14/1729

Ответить